01:38 

Фелиция. Глава седьмая.

За любой кипишь окромя голодовки
Всё завертелось. Всё закрутилось. Пошло-пошло. Надо выруливать. Интрига пошла *___* Главное не слить всё в щи прокисшие. Короче прошлое понемногу связывается с настоящим.


Глава 7.

- Во имя королевской семьи и граждан Фелиции выполните поставленную задачу, - полковник согнул правую руку.
Вставшие со своих мест офицеры отдали честь.
Инструктаж по планируемой операции был окончен. Руководители составов, которые собирались задействовать, расходились, чтобы подготовиться и разобраться с другими делами.
- Полковник Бастидорес, - капитан четвёртой эскадрильи Елена Куатро обошла три ряда стульев, чтобы запнуться о последний.
Лейтенант Оскурида, следовавшая за ней по пятам, поддержала женщину, не дав упасть.
Будь его воля, Сабас Бастидорес с радостью бы сделал вид, что не расслышал, но в зале инструктажа были люди. Игнорировать начальников многострадальной четвёртой эскадрильи, недавно сменившей третий состав, было бесполезно. Вопрос, который они пытались поднять за последний месяц бесчисленное количество раз, исчерпал себя ещё при первом обсуждении. Однако о том, чтобы просто сдаться и подождать полгода до возвращения проблемного, но такого незаменимого члена состава, не было и речи.
Очкастая дама подскочила к нему, совершенно забыв об оставленных на стуле папелях. Её лейтенант, как ни в чём не бывало, вернулась за документами.
- Полковник, - снова обратилась неуклюжий командир. – Если это возможно, я бы хотела подать рапорт о том, что роли лейтенантов третьего состава распределены без учёта их реальных возможностей.
Оскурида вернулась и встала по левую руку своего командира чуть позади.
Почти весь третий состав был взят с морского гарнизона южной границы. Эскадрилья там была всего одна. После запуска морского комплекса Натацион мелкие пограничные объекты стали потихоньку расформировывать. Скальные острова, изрытые пещерами, пустели и забывались. Многие из них взрывали, чтобы не оставить морским тварям места для приюта.
Сиона руководила командой все два года. Благодаря её работе состав сохранил восемьдесят процентов от начального набора, да и последних четверых они потеряли почти перед самым назначением. Наводило на мысли о некоторой гениальности в организации.
Девушка спокойно смотрела на полковника. В глазах не было ни вызова, ни злости: удивительная выдержка, учитывая, что именно она каждый раз подстрекала своего капитана вступать в бесполезную борьбу.
- Дайте догадаюсь о содержании, - не стал церемониться старший. – Что-то вроде: «Нам срочно необходимо вернуть второго лейтенанта Бастидорес, иначе тщательно спланированная операция провалится так и не начавшись?»
- Сэр! – возмутилась Елена. – Вы просто не представляете насколько важным членом команды она является!
- Капитан, вам стоит успокоится, - утихомирил её Сабас. – Незаменимых пилотов быть не должно, иначе грош цена вашему составу, - продолжил он.
- Позвольте опровергнуть, сэр, - подала голос Оскурида.
Хитрая девица пыталась играть на противоположном поведении.
- Опровергайте, первый лейтенант.
- Если бы любого пилота можно было легко заменить, то тогда система составов отпала ещё на заре фелицийской авиации.
- Разумно, - полковник полностью переключил своё внимание на офицера с экзотической внешностью. – Однако один человек – не десять.
- В общей сумме за последние четыре месяца мы потеряли пятерых, - напомнила она.
- Нет, - отрезал Бастидорес. – Четверых потеряли ВЫ, а пятая вернётся в состав сразу, как истечёт срок назначения.
Дело о гибели пилотов до сих пор расследовали. Место, где в результате несчастного случая или преступной халатности офицеры расстались с жизнью, уничтожили через неделю после приказа о расформировании. Руководителей технического персонала до сих пор держали под арестом в то время, как боевую основу перевели на безмерно важный объект.
Дефен был прав: к таким сомнительным обстоятельствам не «прикопаться» было невозможно.
- Полковник, - растерявшаяся было Куатро снова взялась за своё. – Я напишу рапорт в любом случае, и если вы не поддержите меня, то пойду к начальнику базы.
«И как она умудрилась дослужиться до капитанского звания?» - Бастидорес еле удержался, чтобы не вздохнуть и не закатить голубые глаза к потолку.
По личной договорённости между Рамоном и Сабасом, второй должен был тормозить и блокировать всякие попытки вернуть Альфу Бастидорес в родной состав раньше, чем через полгода. Столько времени запросил Тсубаша.
- Пишите.
У полковника уже отдельный папель был заготовлен для жалоб со стороны Куатро.
Тексты были объёмные, но памяти занимали немного.

***
Поверхность аварийного входа, спрятанного в ряду одноцветных настенных панелей, стала прозрачной. Стабил-поле по виду почти ничем не отличалось от псевдостекла. Оно так же преломляло свет, но, если стекло всегда имело сиреневый оттенок, поле могло становиться почти невидимым.
Забавно было наблюдать ещё в академии, как некоторые неосторожные ребята на ходу «стыковались» с защитой. Та упруго отталкивала всех неугодных, не давая зайти в опасное для разумной жизни место.
Не все, кто шёл изучать ЛМ-технологии, с самого начала могли спокойно преодолевать такие преграды. Многим приходилось несколько лет изучать теорию и развивать в себе навыки общения со столь важным веществом и его производными. Сроки обучения ориентировались преимущественно на таких людей.
Альфа со генами коренного подземного жителя с малых лет могла безбоязненно заходить в сферы стабил-поля. Лет до тринадцати её даже забавляли ощущения, когда, проходя сквозь одежду, упругий слой разрушался живой плотью.
Потом несчастный случай, в результате которого пострадала Сиона, веселье свёл на нет. Прозрачная гладь перестала казаться чем-то сверхъестественным и даже вызывала откровенное раздражение.
Бастидорес быстро перешагнула порог и недовольно поморщилась. Она сделала пару шагов вперёд - люк за ней поменял цвет и фактуру. Девушка осталась одна в кромешной тьме.
- Ну хоть что-то в этой консервной банке сделано по последнему слову техники… - заметила она вслух и включила фонарик наруча.
Узкие низкие коридоры для инженеров абсолютно не подходили. То есть в случае крайней необходимости по ним должны были умудряться бегать по двое человек, однако Альфа в одиночку занимала весь проход.
Если бы она не была уверена, что оказалась в необходимом месте, то уже вернулась бы обратно во вспомогательные переходы.
Чуткий слух уловил слабый шелест воздушной подушки. Решив отыскать источник звука, она отправилась к первой развилке. Стоило ей сделать три шага в нужном направлении, как стены медленно посветлели, разрушив кромешную тьму мягким голубым сиянием. Теперь на четыре метра перед ней и позади неё пустой коридор просматривался без проблем.
Представший вид совсем не сходился с выученной заранее моделью. Как её и предупредили, многое на Волар изменилось за последние годы. Старые схемы мало чем могли помочь: разве что входы аварийные отыскать, да основные узлы.
По крайней мере теперь её внезапный перевод, рушивший все намеченные планы, не казался такой уж катастрофой. Если она изучит хотя бы часть конструкций управляющего комплекса, то в последствии сможет помочь освоиться будущему пополнению.
Наставница похвалит и её, и Сиону за мудрое решение не поднимать лишнего шума вокруг «инцидента».
«В следующий раз надо будет хоть расспросить увира, что я такого сделала», - она выключила фонарик и смело пошла вперёд. – «Он вроде не из тех парней, которые будут врать…»
Свет двигался вместе с ней. Источник мерного гудения становился всё ближе.
Альфе давно не было так уютно. Хотелось подольше гулять по пустым коридорам, исследовать развилки, запоминать длины коридоров. В голове она строила карту.
Когда девушка наконец дошла до места, где что-то гудело, её поджидало внезапное открытие: как оказалось коридоры блока управления имели трёхмерное проектирование. Развилка была полностью сквозной, пуская шесть лучей коридоров. Без гравитранспортёров здесь невозможно было перемещаться, и как их умудрялись таскать с собой техники, Альфа представить не могла.
Воздушная подушка работала где-то внизу. Бастидорес даже почувствовала слабое дуновение тёплого ветра.
Осмотрев идеальную гладь стен, прерываемую тонкими засечками между панелей, девушка решила не рисковать. Она включила фонарик, но луч утопал во тьме, не находя ничего интересного. Альфа осторожно, прижимаясь к стене и цепляясь за углы, обошла коридор-провал и двинулась дальше.
Потеряв цель своего похода и немного раздосадованная таким поворотом, подземница разочаровалась в исследовании. В голове появилась даже безумная мысль: «А не сигануть ли в провал?»
Ещё одна такая же развилка заставила вплотную подойти к вопросу. В жизни, если что-то её не интересовало, она спокойно проходила мимо, не замечая его существование, однако, если взгляд абсолютно случайно цеплялся за что-то неизвестное…
«Покажите Альфе трещину в стене, и, если оттуда повеет, она расколупает её так, чтоб целиком пролезть», - смеясь, говорила наставница. Старшая гордо носила знаки наследницы Ильфии – дочери Всевышнего - и воспитывала двух девочек до пятнадцати лет.
Бастидорес знала о своём недостатке. Она и второй перекрёсток обошла. К тому же уши уловили шипение ещё одного аппарата и вовсе не внизу.

***
С тех пор как Доротеа попала на Волар минуло четыре года. За десять лет учёбы строгие инструкторы отбили у неё всякое желание идти против командиров. С детства достаточно ранимая, она нарочно упорно превращала себя в ледышку, способную только на выполнение приказов.
У любимого преподавателя Сиемпремал в военном техническом университете в ходу была фраза: «Есть устав и инструкция – больше ничего не нужно». Зрелый мужчина повторял её настолько часто, что слова невольно засели в голове молодой девушки. Доротеа глубоко уважала человека, не раз втолковывающего не самому успешному курсанту основы основ, поэтому невольно старалась быть на него похожей.
Она была строга к себе и к окружающим, не любила беспорядок и нескоординированную работу.
Как секретарь, лейтенант была просто идеальна, но до ремонта капитан подчинённую допускать отказывался.
Увир был достаточно мудр, чтобы не говорить ей о своих опасениях: по мнению Ника она доводила бы любые конфликтные ситуации до апогея, не желая отходить от прописанных в уставе, а от того почти священных истин. Сиемпремал не жаловалась, но порой казалось, что она совсем не прочь занять чем-нибудь руки.
В такие моменты лейтенант возилась с инструментами: своими, которые полагались ей, как и любому другому технику ремотсека, брала у капитана, когда Тсубаша шёл отдыхать, иногда помогала Юсбайо. Фауст порой подкидывал женщине на стол комплект-другой, но она игнорировала «скромные ухаживания» коллеги.
Экстренное сообщение об открытии аварийного входа системы управления третьего машинного блока больше походило на ошибку. Возможно, один из роботов, обитающих в узких коридорах, попытался покинуть тёхмерный лабиринт. Случалось редко, но исправлялось само собой. Капитан запустил помощников больше пятнадцати лет назад, и за долгие годы модернизировал так, чтобы предусмотреть все возможные ошибки и промахи. Дошло до того, что, если один из них ломался, пять других отправлялись ремонтировать агрегат.
Очень удобное усовершенствование ввели только на Волар. Несмотря на то, что должность главного инженера упразднили три года назад, что-нибудь новое в плане техники вводили каждые полгода-год.
Последней разработкой «вечного» капитана стала модифицированная модель авиона, вернувшаяся в ангар две недели назад в самом нелицеприятном виде.
Доротеа была из тех офицеров, которые не стали бы игнорировать сигналы о несанкционированных действиях. Лейтенант отложила инструменты и взяла в руки снятый наруч. Она открыла быстро растущий список реакций. Обычно солдаты в звании мастер-сержант и выше получали сообщения о любой чрезвычайной ситуации.
В нынешнем случае ничего опасного не было: система только уведомляла, и персонал ставил пометку «просмотрено». Сиемпремал ждала, когда в списке появится кто-нибудь из ЛМ-техников. Даже Фауст отписался вопросом, пошлёт ли Юсбайо кого-нибудь проверить? Внезапно список закрылся. В маленьком экране мелькнуло уведомление, что для просмотра требуется более высокий уровень доступа.
И вот рядовой случай стал выходить за рамки повседневности.
Доротеа вздохнула и встала из-за своего стола. Бросив полуразобранный комплект капитана, она послала лейтенанту Калму личным сообщением, что проверит выход сама, и попросила прислать кого-нибудь из ЛМ-техников.
На этот раз Юсбайо ответил быстрее: «Ник сходит сам».

***
Каждому солдату вне зависимости от звания при вступлении на борт давался идентификационный ключ. Cтрока из двадцати символов содержала зашифрованные номера всех служб и подразделений, за которыми служащий закреплялся. Так же в ней прописывался код доступа, которому добавлялись или удалялись права к определённым операциям в зависимости от занимаемой должности.
Когда база только начала функционировать, систематизацию доступов и разрешений доводили до совершенства уже в рабочем режиме. И даже так, частенько находились пользователи с недостатком прав или операции, которые никто не мог запустить.
Мудрый, но безмерно вымотанный, капитан, который заправлял ремотсеком на тот момент, не думая долго создал пачку ключей, имеющих абсолютный доступ ко всему, и раздал вышестоящим лицам.
Через десять лет, когда Тсубаша сам лично доработал систему, необходимость в ключах отпала. Состав потихоньку сменился: старые начальники сдавали свои идентификационные карты и коммуникаторы, новые получали уже отлаженную технику без лишних прав и разрешений. Появлялись новые операция, к которым абсолютные ключи не подходили, упразднялись старые. Структура обновлялась, но каркас оставался.
И аварийная система как раз в него входила. Улучшить заранее подготовленную предельно простую структуру, базирующуюся на парадигме «всё делается руками», увир не смог.
Ник не то, чтобы совсем забыл про «суперключи», введённые первым капитаном ремотсека, Тсубаша вообще ничего не забывал. Чувство, которое охватывало офицера каждый раз, когда он думал стереть их из системы или нет, трудно было охарактеризовать одним словом. Но если бы увира спросили, он бы назвал это состояние - «надеждой».
На что? Ник сам не знал. Нёсся по коридорам, удивляясь прыгучести и ловкости окончательно восстановившегося тела, и не ведал оправдаются ли его ожидания. Хотел верить, что маленькая и молчаливая, но такая доверчивая и хрупкая Арселия снова пожелала играть в прятки. Она ждёт его в самом необычном месте, которое смогла найти, весело улыбается своей хитрости и мирно засыпает, зная, что увир придёт.
И одновременно капитан убеждал себя, что «ремонтник» в очередной раз выдал незапланированное исключение и замер в ожидании починки.
Через ангар было короче – капитан, не задумываясь устремился туда.
Под куполом ему пришлось перейти на шаг, чтобы не смутить подчинённых. Рассеянно кивая встречным, он обходил сектора, надеясь, что не встретит никого из своих лейтенантов. В свете прожекторов в ночную смену трудилось на порядок меньше техников, чем в дневное время.
Кто-то включил музыку. Что-то из творений современного искусства, которое Тсубаша переносил с большим трудом. Слишком быстрый темп межевался с отрывками со слишком медленным. Реальных инструментов не слышно – одни производные цифровых технологий. Ни ритма, ни мелодии.
Новички часто пытались дать дорогу «новым веяниям» культуры. Тсубаше не нравилось, но как обычно, он ничем не выказывал своего негативного отношения. Окажись поблизости Сиемпремал, она бы подвергла техников жесткому выговору с указанием всех инструкций и конкретных пунктов, нарушенных таким поведением.
Лейтенанта в куполе не было, увиру дышать стало немного легче. Уж кто-кто, а Доротеа не поленится сунуть нос в любое странное дело, даже если это одно случайное сообщение. Оставалось только молится, что женщина, обладающая цепкой памятью, не успела запомнить кодов и ключей из текста.
Ник уже больше месяца ощущал присутствие Арселии здесь на Воларе. Но стоило только попытаться уцепиться за неясное чувство, как оно испарялось: на сей раз маленькая девочка спряталась гораздо лучше, чем обычно. Ни в чём не уверенный Тсубаша будто вынырнул из глубокого сна, чтобы вновь ступить на зыбкий путь к Всевышнему.
Слова клятвы его клана звучали в голове едва уловимым шёпотом. Так раздражительно и так маняще. Ник снова вспомнил о «небесной дороге», о наставлениях отца и о надеждах всей семьи, возложенных на пятого по счёту ребёнка.
Двадцать лет ожидания казались теперь страшным кошмаром, который вот-вот должен был закончиться.
Но, наученный горьким опытом, увир больше всего боялся ошибиться. На его памяти Альфа была не первая. Не все из предыдущих девушек подходили по возрасту или носили небезызвестную фамилию, входящую в список самых распространённых. Некоторые отзывались на имя «Арселия», а кто-то даже лицом был похож на Мадру – истинные подземники сильно походили друг на друга.
Ник и с Арой мог легко ошибиться – даром, что был тогда желторотым юнцом - а сейчас только расхлёбывать последствия своих действий. Но увир готов был пойти на всё, что угодно, лишь бы вновь обрести уверенность, которая руководила им в прошлом.
Капитан наконец добрался до главных ворот. Прошёл немного дальше – в сторону временной стоянки – и там нырнул в очередной вспомогательный коридор.
Буквально через мгновение после того, как дверь за ним закрылась, музыка смолкала. Новые техники понуро выслушивали выговор самого строгого лейтенанта за всю историю ремотсека.

***
Мысль, что залезть вверх гораздо менее ожидаемо, чем сигануть вниз, пришла в голову Альфе в самый последний момент. Звук открывающегося люка перекрыл странное гудение сверху. Источник Бастидорес уже ни капли не интересовал. Единственным желанием стало – спрятаться куда-нибудь. Подпрыгнув, она зацепилась кончиками пальцев за края прямоугольных панелей. Те мгновенно засветились. Сей факт не пугал нисколько: слабый свет обещал рассеяться в освещении нижнего коридора, когда внезапный гость будет проходить под ней.
Она подтянулась и упёрлась ногами и спиной в стенки тоннеля. Снова повеяло слабым ветерком воздушной подушки, но Альфа решила подумать об этом, когда встретится с её непосредственным носителем. Переставляя ноги и помогая руками, она быстро карабкалась вверх. Девушка скорее рефлекторно, чем обдуманно, старалась производить как можно меньше шума.
Стенки вспыхнули и засияли на всём протяжении коридора. Внизу тоже стало светло. Гость принялся напевать какую-то старую песню. Световые панели легко резонировали,
Альфа так и не добралась до верхнего уровня, решив, что спокойно переждать, а потом сбежать лучше, чем играть в догонялки. Теперь она ясно видела робота, трудившегося наверху рядом со вскрытой панелью.
Продукт незаурядной инженерной мысли упирался четырьмя конечностями в стены тоннеля, как и его случайная соседка. Пластичными щупами механизм подавал беззвучные сигналы, проводя какую-то диагностику. Гениальность задумки была в том, что ничего кроме указанных деталей и креплений между ними аппарат в себя не включал. Даже «гудение воздушной подушки» оказалось звуком системы охлаждения, доносящимся из вскрытого блока.
Бастидорес рассматривала робота недолго. Тот к девушке никакого интереса не проявлял.
- Приди, возьми свою любовь.
Приди, возьми свою любовь… - тихо напевал чей-то голос.
Бастидорес попыталась понять, кому он мог принадлежать. Дошло до неё довольно быстро, почти мгновенно. Пришлось самой себе затыкать рот, чтобы не засмеяться.
«Хотя бы со слухом у этого парня всё в порядке», - попыталась утешить себя девушка.
Голос приближался. Альфа расставила ноги, так чтобы видеть, что происходит внизу, и ждала, строя планы, как сможет шантажировать капитана фактом, что сама лично слышала его напевы. Казалось бы, в её ситуации нужно паниковать и трястись от страха, но позволить себе подобное Бастидорес не могла.
Испугаться значило перестать уважать наставницу.

***
Когда Ник зашёл, рядом со входом «ремонтника» не оказалось. Всё рвение капитана как ветром сдуло.
Что-то он увлёкся своими переживаниями, не взяв в расчёт возможность диверсии и шпионажа, о которых не так давно упоминал Дефен. Хотя профессионал на таком откровенном пустяке вряд ли бы попался. Также был вариант, что охотились непосредственно за увиром, выискав его слабое место. Бредовые мысли Тсубаша отправил вон из своей головы.
В конце концов, один он ничего не стоил.
Надо было срочно успокоиться и сосредоточиться. Парой простых манипуляций он вскрыл панель рядом с аварийным входом и отключил режим энергосбережения. Уж если играть, так по его правилам.
Стало светло как днём, но тревога не улеглась. Он двинулся по коридору, напевая одну из песен, популярных два десятка лет назад.
Если б его сейчас услышал кто-нибудь из тогдашних знакомых, то смеялся бы долго и от всей души. По малолетству увиру было тяжело осознать прелесть песен с простым текстом и мелодией. Привыкший к сложным задачам и непомерно трудным вопросам, он легко терялся, когда жизнь требовала простых решений. Проведя полжизни на Волар, Ник смог хоть сколько-нибудь исправиться.
- Приди, возьми свою любовь.
Приди, возьми свою любовь…
Одна и та же фраза повторялась на разный лад восемь раз и тем самым доводила юного увира до откровенного исступления, а Мадра смеялась над ним до слёз. Это была её любимая песня.
Может быть до сих пор остаётся.
Увир прошёл одну развилку, потом другую, на третьей притормозил и свернул. Капитан руководился одной лишь интуицией.
На следующем сквозном перекрестке он замедлился и проверил нижний тоннель. Абсолютно пустой, он сиял голубыми панелями. Ник прошёл дальше, но, не пройдя и пяти метров, вернулся и заглянул наверх.
- Нашёл, - бесстрастно озвучил он свои мысли.

***
Дверь снова стала прозрачной. Замученная ожиданием Доротеа метнулась к ней.
Первой в коридоре показалась Бастидорес.
- Послушайте их первый альбом, сэр, - советовала девушка, следовавшему за ней капитану. – Это просто выжимка их таланта.
- Не знаю, - честно признался Тсубаша. – Мне как-то сложно заставить себя специально изучать чьё-то творчество, - он приветственно кивнул лейтенанту и закрыл проход.
- Вы сами себя ограничиваете, - Альфа развела руками.
- Я подумаю над вашим предложением, рядовой, пообещал Ник. – Спасибо за помощь. Можете идти.
- Так точно, - девушка быстро согнула правую руку и отбыла.
Капитан проводил её взглядом и, наконец-то, уделил внимание своему секретарю.
- Лейтенант, что вы здесь делаете? – вид у Тсубаши был как всегда почти скучающим.
- Я беспокоилась по поводу несанкционированного проникновения, - призналась она.
- Ничего страшного, - успокоил её начальник. – Сейчас я поправил, позже исключу данную ошибку из системы, так что можете вернуться в кабинет.
Увир двинулся в сторону ремотсека – туда же, куда минутой раньше убежала Бастидорес.
- При всём моём уважении сэр, - не отставала Доротеа, - могу я задать вопрос?
- Задавайте.
- Что здесь делала рядовой?
- Я встретил её у ЛМ-сектора и попросил сходить со мной на случай, если потребуется помощь, - спокойный голос капитана рушил всякие сомнения на счёт правдивости его слов. – А что?
- Ох, - вздохнула лейтенант. – Просто у неё нет ночной смены, так как утром она вступает в посменное дежурство на чистке.
- Ясно. Интересно почему она оказалась в ангаре? – задал Ник риторический вопрос, но думал он над ним недолго. – За что вы её поставили на дежурство?
- За нарушение дисциплины, сэр.
- И сколько смен?
- Изначально планировала семь, но эта девица в конец обнаглела, - не сдержалась Сиемпремал.
- И сколько в конечном итоге?
- Двадцать одна.
Ник остановился и посмотрел на своего лейтенанта.
- Вы её насмерть замучить хотите?
- Но, капитан, эта Бастидорес…
Жёлто-карие глаза увира обжигали холодом. Лицо Тсубаше заметно перекосило, если сравнивать с его обычно отрешённым выражением.
Он посмотрел в коридор. Альфы уже не было видно – девушка скрылась в первом же повороте.
- Лейтенант, вам стоит быть более сдержанней по отношению к подчинённым, - заметил он.
Видит Всевышний, Ник не хотел ей этого говорить. Не хотел ломать идеально вышколенного офицера, который мог выручить в самых разных ситуациях при правильном использовании.
Доротеа растеряно уставилась на начальника. Сиемпремал было тяжело поверить, что капитан может не одобрить её методы.
- С-сэр?
- Не всё в нашем мире прописано в книгах, и вам стоит знать об этом. Все живые существа на планете разные и подчас требуют более гибкого подхода. Я уверен, рядовой не заслужила и десятой части того, что вы ей назначили. Пересмотрите наказание.
- Так точно, сэр.
- Я проверю завтра утром. Свободны.
И капитан ушёл, оставив лейтенанта в полной растерянности.

@музыка: Redbone - Come and Get your love

@темы: творчество, литература, Фелиция

URL
   

Я не тащусь по кактусам

главная