18:37 

Фелиция. Глава третья.

За любой кипишь окромя голодовки
А пока Кактус душой отдыхает, она пишет третью главу новой истории. Клянусь, что после четвёртой, выложу историю Запретных гор.
Зачем капитану причпичило говорить с полковником? Состоится ли трибунал, али обойдётся? Вообще чем закончится знакомство главных героев? Ну и ещё толпа народа и характеров, инфы по миру и прочих ништячков в комплекте.


Глава 3.

***
За Альфой пришли на день раньше. В воскресный вечер двое солдат и лейтенант дисциплинарной службы прибыли, чтобы отконвоировать временно заключенную. Девушка, истосковавшаяся по человеческому обществу, встретила их с улыбкой.
Офицер и его подчинённые никак не отреагировали на проявленное радушие. Стальные кольца наручников обняли женские запястья.
Альфа, как и большая часть пилотского состава, была потомственным подземником, о чём говорили характерные черты: большие широко расставленные глаза, светлые волосы и кожа, врожденная гибкость, сочетающаяся с тяжелым телосложением.
Для государства, три последних столетия пытающегося выбраться из уютных пещер плоскогорья на поверхность, такие пережитки каждым поступком доказывали свою непригодность. Больше полувека назад подземники ещё были реальной силой, теперь же стали горсткой землероек, разбежавшихся по норам.
Когда высшие кланы увиров склонили головы перед королевской семьёй, когда пернатый народ поклялся верой и правдой служить общему благополучию и подтвердил свои слова делом, тогда-то и плюнули на старые устои, обозвав их заблуждениями консерваторов.
Народ повалил на поверхность волна за волной, оставляя родные обустроенные дома, забывая и отвергая своё прошлое. Увиры помогали строить купола. Воплощалась в реальность мечта сотен тысяч суровых трудяг, не привыкших видеть солнце больше, чем раз в год.
Полвека – два человеческих поколения – и вот уже дети боятся темноты, замкнутых пространств, паникуют и страдают дезориентацией под землёй. Южный народ отвергал своё прошлое, но это признали нормальным явлением. Человечки, привыкшие дышать свежим воздухом, есть то, что выращено под лучами солнца, стали законными гражданами Фелиции.
А вот таких как Бастидорес с детства называли отбросами. Даже в академии, где она провела десять лет, никто не забыл о её происхождении. Стоило ли надеяться, что со сменой декораций роли поменяются?

***
Разговор с полковником с глазу на глаз не дал никаких результатов. Ник уверял Николаса, что чувствует себя прекрасно, что ничего страшного не произошло. Начальник службы поддержки и обеспечения кисло улыбался, глядя на помятого капитана, говорил, что рад его возвращения в строй, но делу уже дан ход и так просто замять не получится.
- Да и нет у меня желания. Эта девица чуть тебя не угробила, а ты так ей простишь? Мне надоели вечные свары с боевым составом, пора бы их приструнить. А девчонка станет достойным примером.
Капитана ждала работа и новички-рекруты. В первый день он отступился, пообещав, что так просто не отстанет.
Трудно было найти поддержку среди своих: солдаты технического обслуживания и обеспечения старались пересекаться с боевым составом только в рабочих моментах. Что тут говорить - даже тройка лейтенантов смотрела на своего начальника с подозрением. На чьей-либо памяти Ник травился в первый раз, и его поведение могли посчитать последствиями интоксикации организма.
Бросив новичков на подчинённых, отложив осмотры и тестирование принятых авионов, капитан отправился искать правду среди пилотов. Ему повезло почти сразу наткнуться на третий состав четвёртой эскадрильи, за которой числилась виновница его непомерной активности.
Даже получилось найти руководителя: ту самую брюнетку, которая пристала к нему на роковом вечере.
- Приятно видеть вас в добром здравии, сэр, - холодно поздоровалась с ним первый лейтенант Сиона Оскурида. – Если у вас есть какие-то вопросы ко мне, то прошу вас обратиться через начальство. Без приказа сверху я с вами разговаривать не буду.
И она ушла, оставив капитана наедине со своими проблемами. Ник вздохнул и пошёл к начальнику. Не к полковнику из боевого состава, а к начальнику всей базы.

***
Рамон Дефен попросил лейтенанта-конвоира снять с арестантки наручники.
Альфа удивлённо оглядывала кабинет генерал-лейтенанта, пытаясь сообразить, что же происходит. Старший офицер, заведующий всей Волар, приказал дисциплинарникам покинуть помещение.
Бастидорес осталась одна: врожденная недоверчивость начала рисовать десятки путей разрешения ситуации.
Статный мужчина, выглядящий немного моложе своих лет, стоял у окна. Дефену было шестьдесят семь, и, как многие в его возрасте, он не уступал по силе и ловкости молодым, но обгонял в опыте.
- Что ж, вам выпал редкий шанс пообщаться с генерал-лейтенантом с глазу на глаз, неужели совсем нет желания им воспользоваться? – он улыбнулся и сел за свой стол.
- Желание есть, сэр, - девушка повела плечами. Неясная обстановка напрягала нервы посильнее, чем ожидание трибунала.
- Может быть, есть что-то, что вы хотели бы узнать?
- Что с моим составом, сэр?
- В патруль их ещё не пускали. Как всегда, проблемы с техникой. ЛМ-технология недостаточно отработана – каждый раз что-нибудь да не так.
- Значит техники задерживаются, - констатировала она. – Это случаем не по моей вине?
- Своей выходкой вы весьма помотали нам нервов, лейтенант Бастидорес, но - нет. Задержка вызвана иными причинами. Однако, думаю, сегодня мы решим обе проблемы, разобравшись в сложившейся ситуации.
- Меня ждёт досрочный трибунал? – удивилась Альфа. – Не вполне понимаю, как можно совместить судебное разбирательство и решение проблем поддержки, сэр.
- Трибунал? – удивился в ответ Дефен. – О нет, до суда не дойдёт. Разберёмся здесь и сейчас при всех заинтересованных лицах.
Альфа осмелела настолько, что рискнула пошутить:
- Судя по всему никому и дела нет, - она наиграно повертела головой по сторонам.
Начальник улыбнулся – ему нравился настрой пилота.
- О не подумайте, сейчас сюда заявится целый взвод недовольных и оскорблённых.
***
Тсубаша летел по коридорам, игнорируя сигналы наруча. Лейтенанты его искали – в ангаре рванула сварка, но капитану было всё равно. Старое знакомство с Дефеном дало ему шанс исправить сложившуюся ситуацию.
Ник забыл про лифт. Он боялся опоздать ещё больше, чем уже опаздывал.
- А вот и многострадальный капитан, - поздоровался с запыхавшимся Тсубашей генерал-лейтенант. – Жив, здоров и бодр.
Как увир понял, его внезапное появление сыграло немаловажную роль. Николас и Освальд застыли в угрожающих позах и явно за секунду до того, как открылась дверь, обменивались мнениями, кто на базе более бесполезен. Полковник боевого состава привёл с собой всю цепочку подчинённых, в том числе и Сиону.
Девушка не сводила глаз с виновницы.
Бастидорес улыбалась во все двадцать восемь зубов.
Ник зашёл в кабинет и остановился справа от Альфы, вытянулся по струнке и отчеканил.
- Капитан Ник Тсубаша по вашему приказанию прибыл.
- Вольно, Ник. Внеси ясность в происшествие, а то здесь скоро настоящая бойня развернется.
- Так точно, сэр. Мои жизнь и здоровье на данный момент не находятся под угрозой. Более того, я расцениваю поступок второго лейтенанта боевого состава Альфы Бастидорес как проявление дружественного расположения. Также считаю себя частично ответственным за произошедшие, так как не предупредил лейтенанта о своей расовой принадлежности заранее.
Полковники подрастеряли боевой настрой, внимание майора, капитана, первого лейтенанта боевого состава полностью переключились на прибывшего. Даже арестантка открыла рот от удивления: Альфа ждала помощи и поддержки от кого угодно, но только не от самого пострадавшего.
- Отлично. И что же с ней делать?
- Если мне позволят, то я хотел ходатайствовать о снятии с лейтенанта Бастидорес всех возложенных на неё обвинений.
Генерал-лейтенант удовлетворённо кивнул и обратился к другим своим подчинённым:
- Что вы на это скажете?

***
Пилота отправили под конвоем до своей комнаты в общежитии – Альфе предстояло сидеть под домашним арестом до окончательного решения её участи. Ник отправился в ангар изучать последствия пренебрежения правилами техники безопасности. Растерянная девушка проводила его спину взглядом.
К конвою из дисциплинарников присоединилась Сиона. Первый лейтенант была озадачена произошедшим не меньше, чем все остальные. Казалось, только начальник базы был подготовлен к внезапному повороту событий, да полковник поддержки был скорее раздосадован, чем удивлён.
Девушки не обменялись ни единой фразой.
В это время Дефен остался с двумя из трёх подчиняющихся ему полковников.
Рамон честно благодарил правительство за проведённую три года назад реструктуризацию офицерского состава Волар: не будь её - толпилось бы здесь человек двадцать, а нынче всего-то пятеро.
Вечные соперники притихли: Освальд Маер боялся торжествовать заранее, Николас Апойо не собирался расписываться в своём поражении. Последний решил взять инициативу в свои руки.
- Генерал-лейтенант, разрешите задать вопрос?
- Задавайте, - Дефен, до этого стоявший за столом, предпочёл подойти к окну.
Беспощадные лучи солнца, набиравшие смертоносной мощности у границ пустыни, слабели в сотни раз, проходя прозрачный полимер псевдостекла. Почему-то вспомнилась наглая улыбка арестантки. Офицер усмехнулся про себя.
- Какое-нибудь дисциплинарное взыскание Бастидорес будет назначено?
- Конечно будет, в конце концов, она чуть его не убила, - Рамон устало посмотрел на подчинённого.
- Вы уже решили какое, сэр?
- Да. Сказать по правде, решил всё заранее, но не смог отказаться от удовольствия понаблюдать за вашей сварой.
- Сэр! – Маер побледнел от гнева, но ограничился одним несдержанным возгласом.
- На Волар три службы: боевая, поддержки и дисциплинарная. Три, господа! Меньше нет ни на одном объекте. И начальники всё равно умудряются спорить и ссориться по любому поводу.
- Сэр, при всём моём уважении… - попытался исправиться Освальд.
- Временная реорганизация кадра с понижением в звании, - оборвал его генерал-лейтенант.
- Простите, что? – недоумевали полковники.
- Бастидорес с завтрашнего дня в течение шести месяцев будет замаливать грехи в ангаре в звании не выше рядового-авиатора. Исходя из рапорта капитана Тсубаши, предоставленного два дня назад, в нынешнем наборе новичков не нашлось ни одного ЛМ-потенциального. Работать с двигателями некому, и на эту должность он попросил назначить провинившуюся, заверив, что не ищет никакой личной выгоды. Я решил, что подобное разрешение ситуации удовлетворит всех.
- Но, сэр, - снова вступился Маер. – Она же пилот. Причём налётки у неё больше восьми сотен часов.
- Боитесь, что подрастеряет навык?
- Я уверен в этом.
- Через полгода состоится аттестация, если не возникнет никаких непредвиденных обстоятельств, лейтенант сможет подтвердить свои знания и опыт и вернуться в боевой строй без потери звания.
- Но…
- На этом всё, господа. Решение обжалованию не подлежит.
Подтверждения были разосланы в течение часа.

***
Юсбайо, Фауст и Доротеа не могли поверить тому, что объявил капитан.
После десятой попытки со стороны подчинённых удостовериться, что он не шутит, Тсубаша предложил им самостоятельно ознакомиться с приказом с утра выложенным в общий доступ. Капитан ушёл на склад, оставив троицу наедине с реальностью. Внеочередное пополнение в лице одного человека должно было прибыть с два часа по полудни.
- Бред какой-то, - в очередной раз констатировала Дора, сверяя цифровые подписи.
Обсуждение происходило в ангаре без отрыва от рабочего процесса.
Рекруты-авиаторы в новых комбинезонах под руководством мастеров-сержантов чинили пятерку базовых каров, ремонт которых был специально отложен до пополнения.
- Если посмотреть с другой стороны, - заметил Фауст, - решение всё-таки в нашу пользу. Набранный состав не блещет гениями. Хотя, как знать, может эта Бастидорес и конденсатор от проводника не отличит. А ты что скажешь, Юс?
Третий лейтенант пожал плечами. Юсбайо, как и капитан, был не из разговорчивых. Вместе с Ником он уже больше десяти лет работал с ЛМ-двигателями.
- Скажу, что пять ЛМ-техников на всю военную базу – это очень мало. И мысль заставить пилотов самих чинить двигатели мне нравится.
- То есть ты за неё возьмешься?
- Подготовить резервную кадровую единицу всегда можно. Да и вряд ли она тупа настолько, что не способна разобраться в паре десятков стандартных схем.
- Ребят, - вмешалась Доротеа, - вы её характеристику не читали. Это ужас! Ужас!
Секретарь капитана была консерватором по натуре, и внезапные нововведения её ничуть не радовали.
- Малыш, не напрягайся ты так, - Фауст подошёл к ней приобнял за талию.
- Лейтенант, помните о приличиях, - женщина сняла его руку и отошла на солидное расстояние.
- Куда же ты, моя богиня!
- Фау, прекрати валять дурака, - Юсбайо, как самый старший, был назначен среди них ответственным, - и сходи проверь ребят. Ещё не хватало, чтоб сегодня рвануло. И так четверо в медотсеке.

***
Человеком, который донёс до Бастидорес окончательное решение начальства была Сиона. Первый лейтенант четвёртой эскадрильи рвала и метала пуще провинившейся. Оскуриде совсем не улыбалось полгода предстоящих полётов провести без подруги. За долгие годы они с Альфой стали слаженной командой, но объяснять кому-либо было бесполезно.
- Проклятье, надо было тогда поговорить с ним! – девушка кусала губы со злости.
Сионе приказали до обеда провести Альфу по всем инстанциям: из-за большого периода отсутствия от лейтенанта открепляли авион, забирали комнату в пилотском общежитии и лишали ряда привилегий вплоть до доступов в помещения размещения боевого состава. Также Альфа временно оставалась в пониженном звании, что порождало массу тонких моментов, которые надо было учесть.
- Поговорить с кем?
- С Тсубашей. Он приходил посреди недели, но я тогда была зла как проклятая.
- Он даже сюда наведался? – присвистнула её попутчица. – Сиона, кажись он на меня запал, - Альфа надеялась, что шутка приободрит подругу.
Бастидорес не угадала: помимо досады Оскуриду нынче одолевала и ревность.
Со всеми процедурами они покончили. Альфа в форме рядового стояла рядом с главным выходом тактико-боевого блока базы. В руках девушка держала полупустой вещмешок. Кар для рядового состава не предусматривался, и Бастидорес собиралась идти пешком.
- Не смей с ними лишний раз разговаривать, - накинулась брюнетка.
- Ой, надо же, а если посмею?! – развеселить подругу у неё не получилось, но и от удовольствия очередной сцены ревности Альфа отказаться не могла.
- Чем дерзить лишний раз, лучше возвращайся поскорее.
- Не беспокойся, Си: на стартовой площадке увидимся, а через шесть месяцев вместе переаттестовываться будем, - она породному похлопала её по плечу.
Оскурида перехватила руку Альфы и прижала к бледной прохладной щеке.
- Мне будет холодно без тебя, Ал.
Впервые за день улыбка сползла с лица блондинки. Она бросила вещмешок и обняла Сиона, прижалась губами к её лбу.
- Мне тоже, малыш. Потерпи немного. Всё не так уж плохо складывается.
- Я знаю.
Они постояли так ещё с пару минут. Альфа отпустила подругу, подобрала вещи и ушла, не оборачиваясь. Душу, резвясь, полосовала стая диких гатос.
Первый лейтенант проводила её потухшим взором. На лице скользнула холодная улыбка.
Двери закрылись.

***
На складе как всегда форма была только двух размеров: или слишком маленькая или слишком большая. Альфа предпочла второй вариант.
Экс-лейтенант боевого состава была мрачнее тучи. Она с грустью оглядела себя. Мешковатый свободный комбинезон техника был полной противоположностью прилегающего приятного телу сюта пилота.
Расстраиваться было нечему, поэтому Бастидорес нацепила свою фирменную дерзкую улыбку и вышла из раздевалки. В сложном лабиринте коридоров она чувствовала себя как дома. Света правда было многовато, теснота же казалась уютной.
Мимоходом глядя на указатели, которыми был увешан каждый поворот, пять раз наткнувшись на какого-то новичка, который чуть ли не до слёз боялся, что заблудился, сопроводив оного до места назначения – столовой – и передав там на поруки сержантов, Бастидорес сообразила, что опаздывает, причём уже десять минут как.
Первым офицером, перед которым ей предстояло появиться был сам капитан.
Найти его кабинет не оказалось большой проблемой, а вот отсутствие начальника на месте уже походило на затруднение. Выданный наруч техника без офицерского разрешения Альфа активировать не могла, что только усугубляло положение.
Ничего мудрее, чем остаться стоять перед кабинетом девушка придумать не смогла. Прождав пять минут и потратив весь запас терпения, Альфа отправилась искать начальство. Трезво рассудив, что стоит совместить приятное с полезным, она направилась в ангар, где до сегодняшнего дня так ни разу и не побывала.
Огромное пространство вскружило голову. Бастидорес даже закачалась, ощущая свою ничтожность. Полусфера делилась на множество секторов. Одним из них – едва ли двадцатой частью площади – была стартовая площадка авионов, закреплённая за боевым составом. Остальное отдали под нужды ремонтников.
Альфа никогда не была под куполами, которые возводили увиры, даже старая академия и приморская база, где она провела вторую половину жизни, являлись подземными объектами со строгим контролем выхода на поверхность плоскогорья. Во время полётов на авионе в боевых условиях редко выпадала возможность полюбоваться небом, тогда мозг работал в совершенно ином режиме.
Две трети полусферы закрывало прозрачное псевдостекло.
Девушка смело смотрела на яркое солнце в синем небе, не давая глазам моргать. Вот оно ненавистное светило, которое больше пяти тысяч лет назад загнало её народ под землю. Вот от чего пряталась в пещерах Ильфи – дочь Всевышнего. Вот подо что загнала Великая Волна северные народы, десять веков назад отобравшая их родину.
Пришлые говорили, что на севере солнце добрее, что оно не уничтожает жизнь, а наоборот стимулирует её. За счёт постоянной природной аномалии, атмосфера Фелиции не могла экранировать часть опасного спектра излучения. На поверхности постоянно жили только увиры.
Альфа не любила жёлтый свет, но сегодня упрямо смотрела в лицо своему самому главному врагу.
- Рядовой Бастидорес, - окликнул её женский голос.
Альфа вернулась в реальность. В ангаре стало гораздо темнее, перед глазами плясали цветные круги. Не растерявшись, девушка обернулась на звук быстрых шагов. Две человеческих фигуры она рассмотреть смогла, а вот лица и знаки отличия были пока для неё загадкой.
Экс-лейтенант выпрямилась и согнула правую руку в локте, отдавая честь.
- Рядовой Альфа Бастидорес для прохождения службы прибыла.
- Вы опоздали, - строго заметил всё тот же голос.
Зрение медленно возвращалось. Как оказалось, к ней подошёл сам капитан в сопровождении лейтенанта. Оба держали в руках папели. Наручи мигали и у того и у другого.
- Моя ошибка, мэм.
- Да, ваша, Назначение вступило в силу полчаса назад. К вечеру напишите рапорт-объяснительную.
- Так точно.
- Дуиаете, что здесь с вами будет кто-то нянчиться? Или у пилотов опаздывать на вылет – обычное дело? Запомните: в ангаре дисциплина и пунктуальность превыше всего.
Альфа поклялась про себя к вечеру расписать подробнейший отчёт о событиях тридцати минут её жизни, включить туда описания всех действующих лиц и мест. Лейтенант ей не нравилась.
Увир молчал, не вмешиваясь. Короткая трель наруча отвлекла его от созерцания поучения рекрута.
- Доротеа, отведёшь её к Юсу, - распорядился он и удалился, не прибавив и слова приветствия.
Глаза наконец пришли в норму. Цепкий взгляд выхватил нашивку с фамилией и инициалами секретаря: «Сиемпремал ДК», - рядовой улыбнулась про себя. С такой фамилией и прозвища никакого не надо – с древнего наречия она переводилась как «всегда злая».

***
Юсбайо помог новенькой с активацией наруча и посадил изучать технику безопасности. Ввиду того, что Альфа была человеком образованным – пилоты подчас знали об оборудовании гораздо больше, чем обычные техники-рекруты – сроку на повторение он дал двое суток.
Привыкшая брать от жизни всё, Бастидорес в первый же день уснула над инструкцией по подготовке авиона к ремонту. Пятерка холодных папелей послужили идеальной подушкой для экс-лейтенанта, а спокойная атмосфера пустого кабинета прохождения инструктажа помогла расслабиться. Она видела десятый по счёту сон, когда внезапный шорох выдернул её из сладких объятий дрёмы.
Ведомая инстинктом, Альфа выпрямилась и отодвинулась от стола насколько позволяла длина ног. С трудом подавив желание вскочить и убежать, она внимательно всмотрелась в сумрак кабинета.
Комната выходила одной стеной-окном в ангар. Закат отгорел ещё три часа назад, и в ремотсеке светили только нижние прожекторы. Ослабленные лучи выхватили из темноты фигуру капитана.
Тсубаша сидел напротив Бастидорес. Увир разглядывал девушку, редко моргая.
- Так и знала, что что-то здесь нечисто, - огласила Альфа свои мысли.
Ник молчал, не сводя с неё глаз.
Девушка прочистила горло и только сейчас сообразила, что обслюнявленные волосы прилипли к левой щеке. Она быстро оправила пряди, претворившись, что чешет ухо.
Глаза увира сузились, всё также молча он подался вперёд и протянул руку. Роста мужчине не хватило, он так и замер в нелепой позе.
- Эм, что-то случилось, сэр?
- Можно? – Ник пошевелил пальцами перед её лицом.
- Что «можно»?
- Левый висок, у тебя что-то на виске.
Альфа специально стригла волосы на разную длину. Справа налево короткий ёжик плавно переходил в локоны длиной до подбородка. Бастидорес с радостью бы полностью состригла всё лишнее – вот только на левом виске действительно кое-что было.
- Сэр, это называется «сексуальное домогательство», - пошутила девушка.
Судя по всему, с чувством юмора у увира было совсем тяжко. Он отдёрнул руку как ото огня и сел обратно.
- Я не подразумевал ничего такого, - он посмотрел в окно.
Девушка откровенно засмеялась.
- О Всевышний, да мне не жалко, - она пододвинулась обратно, наклонилась вперёд и отодвинула пряди, чтобы капитану было лучше видно.
В свете прожекторов блеснула полоска псевдостали – полимера, используемого во многих сферах производства, в том числе и в медицинской. Увир снова подался вперёд. Грубые пальцы с заострёнными ногтями коснулись инородного материала, вживленного в плоть.
- Откуда это?
- На ярмарке раздавали три по цене двух и мне халявный достался.
Увир непонимающе моргнул.
- Да ладно, шучу, - улыбнулась девушка. – Батя по детству сувенир на память оставил, чтоб не забывала дочь родимая.
Ник снова отдёрнул руку, чем вызвал настоящий взрыв хохота.
- Если у вас нет желания отвечать, то так и скажите, рядовой, - на его лице не отразилось ни одной эмоции, но почему-то Альфе показалось, что она его в конец смутила.
- Прошу прощения, сэр, - рекрут продолжала улыбаться, но постепенно успокоилась. – Вы просто сильно напугали меня своим внезапным появлением.
- Я здесь уже полчаса сижу, - заметил капитан.
- Странно, - удивилась Бастидорес, - обычно я сплю очень чутко.
Повисло тяжелое молчание. Ник не продолжал разговор, но и уходить не собирался. Он устало смотрел в окно. В слабом свете его бодрый вид пропадал без следа. Последствия отравления ещё лежали на его лице чётким отпечатком.
- Разрешите поинтересоваться, сэр? – для того чтоб осмелиться заговорить Альфе пришлось десять раз перебрать выделенные папели.
Капитан кивнул, всё так же, не глядя на неё.
- Как вы себя чувствуете?
- Бывали времена, когда было хуже.
И опять молчание. Ник не обвинял и не отчитывал её. Создавалось ощущение, что офицер пришёл в кабинет просто притвориться мебелью.
- Я… - с трудом начала девушка. – Я хотела извиниться, сэр.
Увир наконец-то удостоил её внимания. Более того на его лице наконец проявились хоть какие-то эмоции: в данный момент – слабый заинтересованность.
- Сказать по правде, я совсем не помню, что произошло, но мне очень стыдно. Своим безответственным поведением я поставила ваши жизнь и здоровье под угрозу, мне очень жаль и… - слова давались трудно, но девушка ещё в воскресение поклялась себе, произнести их, как только выдастся случай. – Я очень благодарна вам за то, что вы вступились за меня, хотя являлись жертвой в данном инциденте. Если есть что-то, чем я могу вам помочь, я с радостью возьмусь за дело.
Отдав должное совести, Альфа облегчённо вздохнула, не сильно надеясь на ответную реакцию.
- Так откуда у вас эта пластина, рядовой? – снова спросил капитан после короткой паузы.
- Я не знаю, сэр. Сколько себя помню, она всегда была при мне.
- А сколько вы себя помните?
- Лет двадцать, сэр.

Ток щас заметила, что у меня вторая страница постов. И всё годнота. Над ещё стихов повыкладывать, какие есть.

@темы: творчество, литература, Фелиция

URL
   

Я не тащусь по кактусам

главная